44-й взрывает дороги

Продолжаем публиковать мемуары партизан-флегонтовцев.

«Взрывы на дорогах» — так называется очередная глава книги «Рейдовая в походе», вышедшей в 1984 году.

Короткая справка об авторе главы Грязных В.М. —

Валентина Михайловна Грязных (дев. Илькевич), родилась в 1924 году в деревне Погорелое Осиповнчского района. С августа 1941 года — связная партизанского отряда Королева (Короля), затем — 44-го отряда бригады «За Родину» по командованием А.К.Флегонтова. С ноября 1942 по июнь 1944 года разведчица, минер. С августа 1944 года до конца войны — в Красной Армии. Награждена медалями, живет в Минске.

Илькевич (Грязных) В.М. упоминается в различных публикациях о женщинах-партизанах. Газета «СБ. Беларусь Сегодня» писала:

«…В партизанской бригаде «За Родину» имени Флегонтова, которая действовала в Минской, Могилевской и Брестской областях, проявили себя бесстрашными разведчиками, подрывниками и медсестрами Валя Илькевич, Аня Белая, Валя Кондратенко, Мария Чернявская, Нина Сомко…»

Рассказ Илькевич В.М. о зверствах фашистов имеется в книге Светланы Алексиевич «У войны не женское лицо».

Рассказывает Грязных (Илькевич) В.М.:

«…В конце ноября 1942 года, когда наш 44-й партизанский отряд уже входил в состав объединенной бригады «За Родину», от разведчиков поступило тревожное донесение: в ближайшие дни па станцию Осиповичи должен прибыть эшелон с карателями.

Точное время прибытия эшелона фашисты держали в строжайшем секрете не только от местных железнодорожников, но и от охранников, чтобы малейшие сведения о нем ни в коем случае не распространились за пределы станции. Однако по необычной нервозности, охватившей оккупационное начальство, разведчики определили, что поезд с карателями придет, самое позднее, на следующий день.

Командование бригады решило «торжественно» встретить отборных головорезов. Провести операцию поручили подрывникам нашего отряда, одной из групп которых командовал Иван Леонтьевич Соболенко. В эту группу входили Николай Семко, Порфирий Смоляк, Николай Левчик, Арсений Ляля и я, представитель женского пола.

Нам не раз приходилось выполнять не только диверсионные, по и разведывательные задания, поэтому Иван Леонтьевич решил прежде всего тщательно проверить все до единого подступы к станции: не осталась ли где-нибудь щелочка, через которую можно будет подобраться поближе к объекту? Но такой «щелочки» не оказалось, фашисты многократно усилили охрану станционных путей, и пришлось группе перенести свои поиски в район станции Осиповичи II.

Там повезло больше: мы подползли к железнодорожному полотну, заложили взрывчатку, установили мину и хорошенько все замаскировали. Чтобы действовать наверняка, использовали упрощенный взрыватель, срабатывающий при выдергивании чеки за привязанный к пей длинный шпур пли такую же веревку. Правда, при этом надо и шнур самым тщательным образом маскировать, но нам ли привыкать к такой работе.

Сделали все, как нужно, и отползли в заросли кустов: набраться терпения и ждать. Ждали часов пять, не меньше. За это время по полотну дороги трижды проходили парные патрули, в сторону фронта проследовало несколько товарных составов с танками, штурмовыми орудиями на платформах и, наконец, с противоположной стороны послышался быстро приближавшийся перестук колес эшелона.

Мы безошибочно догадались, что это «наш». Сразу за локомотивом — пассажирский вагон с «хвостом» из семи теплушек. Двери в теплушках, несмотря на ноябрьскую стылость, распахнуты настежь, видно и даже слышно, как там, под аккомпанемент губных гармошек, горлопанят песни гитлеровцы.

Иван Леонтьевич чуть приподнялся на локтях и в следующее мгновение обеими руками рванул за конец шнура. Паровоз, вздыбившись, ринулся под откос, весь окутавшись паром. А за ним с треском, грохотом, истошным многоголосым воплем гитлеровцев, наползая один па другой, покатились все восемь вагонов. Карательная экспедиция, па которую фашистское командование возлагало большие надежды, провалилась, что называется, с оглушительным треском!

Юные помощники партизан

В успешном выполнении боевых заданий и нашему, и другим отрядам бригады «За Родину» неоценимую помощь оказывали подпольщики, действовавшие почти во всех населенных пунктах. Были такие друзья и у нашего 44-го партизанского отряда. Из них больше всего дороги мне трое пионеров деревни Погорелое Осиповичского района: пятнадцатилетний Володя Стельмах, двенадцатилетний Коля Близнец и мой родной брат, ровесник Близнеца — Костя Илькевич. По заданию партизан они собирали оружие. В отряд переправили 72 винтовки, много патронов и гранат.

Однажды в деревню нагрянули гитлеровцы, начали издеваться над людьми, грабить крестьян, отбирать скот. День выдался очень жаркий, и, утомившись от всех этих «трудов праведных», фашисты решили освежиться в реке. Разделись, с пьяным гоготом полезли в воду. А Володя, Коля и Костя, не сводя глаз с гитлеровцев, подползли к тому месту, где лежала их одежда, унесли оружие.

Спрятали его под вывороченной с корнем корягой, где всегда прятали свои находки. Выбрались купальщики на берег, и у всех мгновенно выветрились остатки хмеля: нет винтовок! И спросить не с кого, потому что, сами видели, к берегу из деревни не осмелился подойти ни один человек.

Связь с отважной пионерской тройкой все время поддерживал командир разведки нашего отряда И. Л. Соболенко. По его заданиям ребята разносили в соседние деревни листовки и свежие сводки Советского информбюро, которые ежедневно принимали и записывали радисты бригады. Иван Леонтьевич учил пионеров, как надо вести наблюдение за противником в гарнизонах и на железнодорожных узлах.

Всякое довелось повидать и пережить Соболенко во вражеском тылу, но однажды и его поразила неслыханная отвага мальчишек. Подобрав на месте прежних боев пулемет с коробкой неизрасходованных патронов, Володя, Коля и Костя устроили засаду недалеко от железнодорожного разъезда Погорелое и открыли огонь по дрезине, па которой восемь фашистских охранников проверяли путь перед проходом поезда. Уничтожили всех восьмерых, а сами успели уйти и опять спрятать пулемет в дупле старой липы, откуда его позднее забрали наши разведчики.

Этот случай решил дальнейшую участь ребят, тем более что фашисты беспощадно расправлялись со всеми, на кого падало подозрение в связи с партизанами. По доносу какого-то подонка они сожгли и наш дом, схватили моего отца Михаила Ивановича Илькевича вместе с несколькими другими жителями деревни. Только чудо спасло их от неминуемого расстрела: подоспели Иван Леонтьевич Соболенко с отважными разведчиками и отбили заложников, увели с собой. Увели и троих ребят.

Володя Стельмах стал разведчиком в отряде Тихомирова, ходил на боевые операции, Коля Близнец тоже принимал участие в боях, а мой братишка, Костя Илькевич, ни за что не согласился расстаться о дядей Ваней, как он называл Соболенко. Партизаны полюбили всегда веселого, юркого, неунывающего паренька. Он бесстрашно пробирался в гарнизоны фашистов и всегда приносил оттуда ценные сведения. Наравне со взрослыми ходил на диверсии. И с большой неохотой в июле 1943 года улетел на Большую землю лишь потому, что наша бригада и наш 44-й отряд в это время готовились к продолжению рейда.

Бой у Горожи

Вскоре после уничтожения эшелона с карателями в районе железнодорожной станции Осиповичи в декабре 1942 года группа И. Л. Соболенко отправилась в деревню Ясень за продуктами, собранными местными жителями для партизан. Как обычно, пошли Арсений Ляля, Николай Левчик, Порфирий Смоляк, Николай Волчек, Антон Шпилевский, Николай Семко и с ними я.

Никаких неожиданностей и случайностей мы в этом походе пе ожидали: партизанская зона, нечего опасаться. Но когда возвращались обратно, поднялась такая снежная круговерть, что в двух шагах ничего не было видно. Непогодой, метелью и воспользовались фашисты, устроившие засаду возле деревни Большая Горожа.

Начался бой. Силы оказались неравные: восемь наших разведчиков против не менее двух десятков гитлеровцев. Вражеские пули сразили Николая Волчека и Антона Шпилевского. Не бросать же товарищей! И Иван Соболенко повел остальных в атаку. Забросали фашистов гранатами, обратили «непобедимых» в бегство и, подобрав тела погибших товарищей, возвратились в лагерь.

Боевых друзей мы похоронили в братской могиле, в лесном урочище, недалеко от центра партизанской зоны — деревни Маковье. Горько, больно было терять партизан-побратимов, но война есть война, и не все наши разведывательные, диверсионные операции заканчивались успешно.

Подрыв эшелона на перегоне Ясень-Татарка

В июле 1943 года группа Алексея Петруши, в которую входили Арсений Ляля, Владимир Жданович, Николай Левчик и я, получила задание подорвать вражеский поезд на перегоне между станциями Ясень и Татарка. От деревни Усохи, где в это время располагался наш отряд, до намеченного перегона добрались без осложнений. Благоприятствовала нам и обстановка: ни патрулей на полотне, ни обычной пальбы из придорожных бункеров и дзотов.

К двум часам ночи заминировали дорогу, отошли на нужное расстояние, протягивая за собой шнур, привязанный к чеке взрывателя. Минут через тридцать появился фашистский эшелон. Дальше нашей мины ему проследовать не удалось. Возвращались в отряд в приподнятом настроении: боевое задание выполнено, паровоз и вагоны превращены в груду обломков.

Может быть, эта радостная приподнятость и ослабила обычную нашу внимательность. Впереди, как всегда, шагал командир, за ним Володя Жданович и Коля Левчик. Мы с Арсением Лялей шли замыкающими. И когда пересекали шоссейную дорогу Минск — Бобруйск, я увидела, как Арсений упал, а меня оглушило чудовищным взрывом, с головы до ног обдало песком и комьями грязи.

Лишь позднее стало известно, что фашисты, опасаясь партизан, во многих местах заминировали подходы к дороге. На один из заминированных участков мы и наткнулись. Взрывом фугаса меня и Арсения Лялю только оглушило, Николай Левчик получил многочисленные ранения осколками, а Петрушу и Ждановича искромсало полностью.

К счастью, гитлеровцев поблизости не оказалось. Мы успели и Николая перенести через шоссе в придорожный лес, и перенесли туда же все, что осталось после взрыва от боевых товарищей. Ляля начал ножом и руками копать для них могилу, а я в это время перевязала раны Левчика, взвалила его па спину и, собрав все силы, понесла в лагерь…

По распоряжению Белорусского штаба партизанского движения бригада «За Родину» имени А. К. Флегоптова, в составе которой оставался и наш 44-й отряд, продолжила конный рейд по тылам от Червенского района Минской области до приграничной Брестчины.

Ни тяжелый, трудный переход, ни малознакомая обстановка на новом месте не ослабили боевую активность партизан, и в первую очередь подрывников. на железных и шоссейных дорогах, как прежде, продолжали греметь паши взрывы, уничтожавшие поезда, автомашины, боевую технику и живую силу немецко-фашистских захватчиков.

Действия 44 отряда в Брестской области

В феврале 1944 года группа подрывников в составе Николая Дерновича, Викентия Шпилевского, Станислава Даповского, Ивана Бразинского, Алексея Ситкина и Петра Гуриновнча, несмотря на усиленную охрану железной дороги Брест — Ковель и жестокий мороз, сумела уничтожить фашистский эшелон.

Захват партизанами самолета

В марте, в ясный солнечный день, на поле недалеко от деревин Дивин совершил вынужденную посадку вражеский военный самолет. Экипаж его, очевидно, был уверен, что на помощь с минуты на минуту приедут солдаты из ближайшего гарнизона.

Однако раньше гитлеровцев подоспели паши партизаны Николай Дернович, Иван Сидорович, Николай Костеневич, Викентий Шнилевский, Владимир Петруша, Константин Замушинский, Виктор Лопатко и Петр Гуринович. Окружили самолет, предложили летчикам сдаться в плен, а те в ответ — очередь из турельпого пулемета! Пришлось «успокоить» их навсегда.

Но и хлопцы отлично понимали, что фашисты не оставят своих воздушных асов в беде. На помощь к ним гитлеровцы могли приехать по одной-единственной дороге Дивин — Кобрин, других путей сообщения поблизости не было. Сняв с самолета пулемет, захватив с собой пистолеты и автоматы уничтоженного экипажа, подрывники заминировали шоссе возле небольшого моста, а сами замаскировались поблизости.

Взрывом подняло на воздух автомашину со спешившими к самолету солдатами. Уцелевших партизаны перестреляли из их же пулемета. И, захватив с собой их оружие, вернулись в отряд.

Миновал апрель, наступил май. На фашистских коммуникациях Брестчины продолжали греметь партизанские взрывы, день за днем приближавшие освобождение от гитлеровской нечисти всей белорусской земли.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.