«Железный» Иоанн Курчевский

ПАМЯТИ ДЖАНА КУРЧЕВСКОГО…
Вашему вниманию предлагаем материалы выступления краеведа Юрия Обмоина на научно-практической конференции «Году малой родины посвящается», которая состоялась 30.11.2019 года.
Иоанн — православное написание имени Джан…  Джан Алексеевич Курчевский. В 2018 году этому Человеку исполнилось  бы 80 лет. К этому юбилею и написана данная работа.
Длинным предисловие не будет! Кто такой был Джан Курчевский знают многие, и не только в Осиповичах. В современном издании книги «Память. Осиповичский район» ему обязательно была бы посвящена целая статья-глава в разделе «Новейшая история».
В старом издании «Памяти», вышедшем в 2002 году (в год его смерти), имя Джана Курчевского вошло в историко-хронологическую летопись района в разделе «От 1945 до наших дней» в главах, посвященных образованию, спорту и международному марафону.

 

Говорят, что человек жив, пока живёт память о нём.

12 апреля 2018 года Джану Алексеевичу Курчевскому было бы 80 лет… А к подобного рода юбилеям принято подводить  итоги, делать выводы, делиться воспоминаниями. Вот и возникла идея узнать, а что помнят о человеке, которого вот уже почти 16 лет нет с нами те,  кто в различные периоды его жизни был с ним рядом. С этими мыслями я направился в Свято — Введенский храм нашего города.

 

 

 

Вспоминает настоятель Свято — Введенского храма протоиерей отец  Василий (Белоус):

 

 

 

«Об Иоанне  Курчевском (так я его звал по — православному) у меня самые добрые  воспоминания. Осмелюсь и дерзаюсь так говорить, он был человек с большой буквы. Когда я, по благословению Святейшего Патриарха Кирилла,  вместе с Николаем Ананьевым и Анной Тур был на открытии скаутского лагеря «Кентавр», то, глядя с каким азартом его ученики играют в волейбол, самому захотелось быть среди них. Я спрашивал у ребят мнение о их учителе, так услышал от них только хорошее!
Иоанн поддержал идею строительства храма и принял в этом участие. Однажды он со своими учениками собрал «зайчики», «белочки» и прочую живность, которая тогда была нарисована на денежных знаках, пришёл и сказал:  «Вот Вам, батюшка, на храм». Мой отзыв о Курчевском только самый лучший. Я даже сейчас молюсь за него. И в этом храме память о нём всегда будет…».

              Каким человеком, спортсменом, учителем был Джан Алексеевич, мы слышали много и услышим ещё не раз. А вот каким он был учеником, мне ни разу слышать не приходилось.

 

 

 

Рассказывает Нина Шилина, одноклассница: 

 

 

 

 

 

«С Жаном мы учились вместе с 8 класса. Дружили. Встречались в парке за школой, гуляли. Нас так и прозвали: «Жан и троица». Троица — это я, Лариса Сергеева и Валя Лаптева.  Жан дружил с нами, никого из нас не выделял. В10-м классе он стал встречаться с Лёлей. Лёля – это Лена Полякевич, они потом поженились.   Танцев тогда не было. Читали книги, лазили под забор в военный городок смотреть кино. Жан ещё спортом занимался. Учился он хорошо. На уроке сидит – глаза смеются. В жизни, наверное, никого не обидел. Всегда улыбался. Человек – солнце…

Я ведь Жану жизнью обязана. Он меня спас. В классе 8-м или 9-м пошли мы купаться на Синьку. Я думала, будет мелко, а там яма оказалась. Я и захлебнулась… Мальчишки сидели далековато, под мостом. А он увидел, прибежал, нырнул и меня вытащил. А я уже сознание потеряла. Если бы не Жан… Я всегда, когда приезжаю в Осиповичи, иду к нему на кладбище. Разговариваю с ним…»

 

 

А мне помнится кабинет истории Осиповичской школы – интерната, куда я напросился на урок к Джану Алексеевичу. В ту пору меня, молодого учителя физкультуры, только что после окончания института получившего распределение в СШ-1, интересовало, как же учитель – мастер  делает свои уроки интересными для учащихся, добиваясь от них дисциплины, внимания и  исполнения. Примостившись на последней парте, очень скоро я был вовлечён в процесс урока: тянул руку вверх,  участвовал в обсуждениях, отвечал на вопросы. А затем половина учеников стала «учителями» и проверяла заданную тему у своих подопечных, оценивая их знания. И эти оценки потом выставлялись в журнал! Правда, после «точечных», уточняющих вопросов самого учителя. А потом всё изменилось с точностью «до наоборот», и уже сами испытуемые экзаменовали своих «учителей» и выставляли им оценки. В итоге  оценки получили все и ещё успели посмотреть фильм. Урок для меня пролетел быстро,  был интересным и запомнился надолго.  Для себя я отметил, что настоящий учитель должен быть знающим, эрудированным и грамотным, умеющий сначала заинтересовать, а затем легко и в доступной форме донести до своих учеников изучаемый материал, добившись его стопроцентного усвоения. И при этом никакой зубрёжки!

 

 

 

    

 

Вспоминает Леонилла Ивановна Моисеенко

(зав.  отделом образования Осиповичского райисполкома 1983 – 2001 гг):

 

 

 

 

 

 

«Джан Алексеевич был учителем,  к  которому ученики на урок бежали, а не бежали с урока. Им было интересно, они путешествовали во времени, постигали тайны и загадки, делали открытия. Он учил ребят разбираться в современных событиях, давать анализ фактам и формировать свою точку зрения Что для этого делал учитель? Использовал придуманную им методику сотрудничества, которая выражалась в вере в каждого из своих учеников. Охотно давал открытые уроки для коллег. Просто говорил: «Каждый мой урок – открытый. Приходите». На уроке у Джана Алексеевича  присутствующие забывали, что они уже не ученики. Причина тому —  атмосфера в кабинете истории. Сегодня смешно говорить о механизме зашторивания окон, об автоматическом включении узкопленочного киноаппарата «Украина», проигрывателя с грампластинками и   ленточного магнитофона  с пульта управления на рабочем столе учителя. А в семидесятые — восьмидесятые годы этот технический прогресс ему приходилось делать своими руками, поставив его на службу изучаемого предмета в отдельно взятом кабинете истории.

Одним из первых в городе Джан Алексеевич начал адаптировать в городе методику знаменитого в то время Виктора Шаталова. Получилось успешное применение методики, разработанной для математики, на уроках истории. Учились у Джана Алексеевича не только историки города
и района, но и области.  Идти по  его стопам казалось очень просто, но получалось далеко не у всех.

Вспоминаю, что мы с ним были делегатами Первого всебелорусского съезда учителей. Джан Алексеевич выступал в прениях. «Учителю нужно помочь хорошим методическим обеспечением – учебниками, техническими средствами обучения, дидактическим материалом, а организовать учащихся на совместное постижение основ наук хороший учитель сможет сам».

Выступление было очень эмоциональным, без написанного текста,  от души и было встречено аплодисментами.

Ему предлагались руководящие должности разных рангов. Удалось уговорить один раз стать директором школы — комплекса № 5 — детский дом. Руководил 4 месяца, сказал – «не моё…». И вернулся снова делать то, что у него лучше всего получалось – учить детей».

 

 

А получалось  у него многое. Я бы сказал так – всё, за что брался Джан Алексеевич, получалось у него просто, легко и профессионально. Или мне это только казалось? Вспоминаю, как восхищённый  резными деревянными украшениями его дачи и как члены его кружка резьбы по дереву оформляли своими изделиями школу и скаутский лагерь, я получил в подарок от Мастера свой первый нож для резьбы по дереву и набор липовых досок. Стремление во всём брать пример с Джана Алексеевича  породило у меня на долгие годы интерес к занятиям резьбой, так что  балкон, окна и двери в квартире и родительском доме  я отделывал резными карнизами и наличниками.

 

 

Вспоминает Ананьев Николай Константинович (в 70-х годах —  директор детско  –  юношеской спортивной школы, председатель районного спорткомитета):

 

 

 

 

«В 60 – 70-х годах спортивная жизнь в городе и районе кипела. В Елизово, Свислочи были сильные волейбольные команды. Спартакиады по различным видам спорта собирали много участников  и проходили в напряжённой борьбе. В том числе и среди учителей . А там, где азарт, напряжение и борьба , Жан всегда старался быть первым.  В школе – интернате он организовал секцию волейбола, где по средам и субботам собирались те, кому нравился этот вид спорта. Это были Володя Назарович, Иван Сазанович, Яков Макаревич, Василий Цинкевич, Чеслав Радзиевский, Сергей Шайковский, Володя Ольховик, Чеслав Ланевский, Женя Лукьяненко, Лёня Дерех.  Без  участия Жана не обходилось ни одно соревнование по волейболу – на одних он был участником,  на других – главным судьёй, на третьих  – организатором.  А, бывало, что выступать приходилось в трёх ролях одновременно…

Продолжали регулярные занятия волейболом, ездили по деревням, в жарких волейбольных баталиях пропагандировали любимый вид спорта и привлекали новых сторонников. В команду вливались новые члены – Саша Быков из Елизова, Тамара Снигирь, Лида Гальченя.  Выигрывали районные соревнования, были призёрами в областных.

В 80-х годах получили развитие различные клубы любителей видов спорта. Вот и у нас на базе нашей секции возник Клуб любителей Волейбола «Бодрость». К тому времени всем миром, но в первую очередь благодаря Ивану Антоновичу Сазановичу, построили новый большой спортивный зал в детской спортивной школе. Условия для занятий стало ещё лучше, что не могло не сказаться на привлечении новых участников. Был даже свой ритуал посвящения в новые члены Клуба. К тому времени я возглавил Могилёвский областной спорткомитет, времени для непосредственных личных занятий спортом стало намного меньше, но я всегда был в курсе Осиповичской спортивной жизни и  принимал в ней участие».

 

 

 

 Мне же лучше помнится беговая часть жизни Джана Алексеевича. Хотя почему часть? В то время я был убеждён, что занятия бегом занимает всю его жизнь, свободную от работы. Увлечённый его личным примером и стремясь во всём походить на своего Учителя я, как и многие его поклонники, регулярно «наматывал» на свой личный спидометр десятки километров. По мере тренированности росла и продолжительность утренних пробежек, а начало рабочего дня оставалось неизменным – в восемь часов. На мой вопрос, как же всё успеть сделать и при этом не опоздать на работу, ответ Жана поразил своей простотой –  вставать надо раньше! И вот уже в 5 часов утра, вбегая в лес за Трубинкой, я вижу на сыром песке просёлочной дороги цепочку следов босых ног и обречённо констатирую – «Жан уже пробежал…».

 

Регулярные занятия бегом порождают у человека чувство уверенности в себе, гармонично развивают все физические и морально – волевые качества. Человек бегущий, охватывая взглядом расстояние до горизонта, чувствует, что готов его пробежать без остановки и получить наслаждение от покорённого пространства, неподвластного другим. Такими способностями обладали древнегреческие мифологические существа с телом лошади и головой человека – Кентавры. Поэтому, когда в начале 80-х стал вопрос о создании в Осиповичах Клуба любителей бега, моё предложение о его названии — «Кентавр» было встречено с одобрением и поддержано единогласно. Как и о его руководителе  – Джане Курчевском. Забегая вперёд, скажу, что название оказалось настолько удачным, что вошло  в созданные им позднее  скаутские отряды и скаутский лагерь.

 

А первым автором эмблемы клуба стал художник и писатель, учитель рисования СШ-1 Эдгар Каган, чьих стремительных Кентавров со строкой  из Маяковского «Наш Бог бег» мы с помощью трафарета и краски старательно наносили на свою беговую форму. К сожалению, время не сохранило этого исторического изображения, а вот последующую эмблему клуба работы руководителя предприятия «Лесная сказка» Петра Зосимова я готов предложить вашему вниманию:

В КЛБ «Кентавр» вошли военнослужащий Леонид Петров, рабочие Виктор Курбатов, Сергей Потапов, Алексей Родионов, Михаил Ушенин, учителя Лидия Гальченя, Владимир Варавко и Юрий Обмоин, врач Василий Кравцов и  ученики из школы – интерната. Из многочисленных 10-ти и 20-ти километровых пробегов в 1983 году родился 1-й Осиповичский марафон, который впоследствии стал международным и чемпионатом республики по марафонскому бегу среди ветеранов. Вспоминаю, что для организации 1-го марафоне на Осиповичской земле  Джану пришлось собственноручно написать и отправить по различным адресам своих единомышленников более трёхсот (!) писем.

 

В том же году Джан впервые принимает участие в Московском международном марафоне мира по Олимпийской трассе. Как сейчас помню то необычайное чувство восторга, которое охватывает тебя, когда почти десятитысячная толпа с криком «Ура!» устремляется в путь  длиной 42 км 195 м. И не меньшее чувство радости на финише, когда приходит осознание того, что все трудности позади и ты их выдержал, преодолел и не спасовал. Ты – победитель!
А потом «победители», наменяв по две горсти «трояков», коротали время в ожидании поезда на Белорусском вокзале у автоматов по продаже газированной воды. Пить хотелось неимоверно и постоянно.  Поделюсь с вами тогдашним секретом – если бросить в автомат две трёхкопеечные монетки, он выдаст двойную порцию сиропа. И, когда, зажмурив глаза от удовольствия, начинаешь пить этот Божественный напиток, вдруг ощущаешь, что стакан уже пуст! Правда, понять меня сможет лишь тот, кто хоть однажды в своей жизни в жаркий летний день пробежал марафонскую дистанцию длиной 42 километра 195 метров…

 

 

 

 

А потом были марафоны в Риге, Минске, Елгаве, Москве, Лондоне и других городах. И со всех он возвращался победителем этой сверхдлинной дистанции и с заслуженными наградами. Как Джан выдерживал эти колоссальные нагрузки, для меня было загадкой. Не удивительно, что не только у меня, но и  у всех, кто его знал, появилась  уверенность в том, что он железный. Помню даже статью в одной из газет – «Железный  Джан». И это не казалось чем-то необычным. Пока не наступил традиционный пробег памяти Бахарова 9 мая 2002 года в Бобруйске, где вместе с болью утраты все вдруг осознали, что никакой он не железный… Что он такой, как все…

 

 

 

 

Вспоминает  Елена Гавриловна Герасимчик ( учитель младших классов комплекса СШ№5 – детский дом тех лет): «Мне посчастливилось работать с Д. А. Курчевским. Это был человек, который без остатка отдавал себя детям, верил в них безгранично. Организовав скаутский отряд из числа старшеклассников, он предложил мне заниматься  в этом направлении со своими младшими учениками. С теплотой вспоминаю совместные походы в скаутский лагерь, тесный круг ребят у костра, их доверительные беседы с наставником. В память об этом сотрудничестве до сих пор храню у себя форму скаут-инструктора».

 

Скаутскую тему продолжает Павел Олегович Курчевский: « Дедушка для меня всегда был примером для подражания. Я до сих пор встречаю людей, которые рассказывают мне ту или иную историю, связанную с ним.  Для меня, в первую очередь, больше всего вспоминается скаутский лагерь, где я  приобщился к спорту. В лагере я научился множеству полезных вещей. Каждый день мы ходили на родник за водой и заготавливали  дрова для скаутского костра. Весь день был расписан по часам. Постоянные спортивные состязания, конкурсы и обязательная молитва перед едой. Для новичков был создан обряд посвящения. В 12 часов ночи необходимо было пройти 500 метров  в глухом лесу, в кромешной темноте, к мерцающему  вдалеке костру, а старшие ребята – скауты  по всему этому тернистому  пути старались напугать тебя.

 

Мне надолго запомнилось, как перед самым посвящением в скауты на меня из зарослей неожиданно  выпрыгнула девушка и повалила меня на землю. А когда я сам посвящал младших ребят, меня атаковала стая красных муравьев. Живот чесался всю  неделю.

Не обошло стороной его участие и в моей личной жизни. Совсем еще в юном возрасте я влюбился в девушку, которая была старше меня и жила в другом городе. Отношения были обречены, но в силу своего возраста и юношеского максимализма, я совершал необдуманные поступки и ошибки. В тот момент, на помощь ко мне пришел дедушка, мы долго беседовали, он сказал множество мудрых вещей, к которым я прислушался и которые помогли мне принять верное решение.

То, что я, благодаря дедушке,  приобрел на спортивном и скаутском поприще за этот короткий промежуток времени, до сих пор помогает мне в жизни. Я его по-прежнему помню, люблю и ценю».

 

 

Я тоже вспоминаю время, проведённое в скаутском лагере, куда определила меня судьба в том памятном 2002 году. В котором всё напоминало своего основателя – резьба, сделанная его руками,  навесы для палаток и место для костра, разработанный им распорядок дня и правила поведения, молитвы, написанные его рукой…  Вот только на табличке с надписью «Скаутский лагерь «Кентавр» выделялись своей новизной только что сделанные две новые строчки – «имени Д. Курчевского»… Знал бы Учитель, какую работу придётся выполнить его ученику подаренным им когда-то ножом для резьбы по дереву!  И если принимать во внимание, что ничего в этом мире не бывает случайным, выходит, что знал…

 

 

 

 

Готовя данный материал о Джане Курчевском, мне пришлось беседовать с многими людьми. И нередко приходилось слышать, что у людей, всего себя отдающих работе, семейной жизни  быть не может. На неё просто не остаётся времени! Когда я с женой писал статью «Три жизни Джана Курчевского», где  пересказал его жизни  в учительстве, беге  и скаутинге, то совсем упустил из виду  четвёртую — семейную. Хотя  считаю, что именно она, семейная жизнь, является первой и главной в жизни каждого человека. Именно она является основой трудовых и всяких иных успехов в жизни мужчины. Это как крепкий тыл, без которого невозможны успехи на фронте. Сейчас я постараюсь исправить своё упущение…

 

 

Вспоминает Алексей Джанович Курчевский: « Папа многие годы был для меня всем: другом, учителем, защитой и радостью. Мои воспоминания о нем подобны сокровищам, которые я бережно храню в своем сердце. Иногда я достаю их, рассматриваю и бережно прячу, но сегодня кое-какие из них я все-таки покажу.

 

 

 

 

 

Мое первое воспоминание о папе относится к совсем раннему детству. Мне год, может чуть больше. Я сижу на шкафу. Высоко, но мне совсем не страшно, потому что папа крепко поддерживает меня снизу и улыбаясь, что-то мне говорит. А мне радостно, спокойно и весело. И комната, залитая солнцем, и папины руки, и это спокойствие навсегда сохранились яркими отпечатками в моей душе. Рядом с ним мне было всегда спокойно и хорошо.
Однажды меня обидел друг. Мне было лет 7 и тогда казалось, что друг — это навсегда. И вдруг такая обида, смертельная просто. Папа в это время во дворе возился с мотоциклом. Я пришел к нему и поделился обидой: «У меня больше нет друга. Настоящего друга, понимаешь, папа?». Тогда папа сказал мне одну очень важную вещь: «Сынок, у тебя есть друг. Один настоящий верный друг, который тебя никогда не бросит, не предаст, не обидит. Я твой друг. Твой друг навсегда». Эти очень важные слова глубоко запали в мою душу. Сегодня я их повторяю своим детям и стремлюсь быть для них, как мой папа — настоящим другом. А с тем «товарищем» я, конечно же,  помирился, но это было для меня уже не так важно.

Я не был непослушным, но и паинькой тоже не был: так, серединка на половинку. Но, что бы я не натворил, какие неприятности не доставил, мой папа ни разу, даже скажу так: НИ РАЗУ не ударил меня, не накричал, не повысил голос. Он закрывался со мной в комнате один на один и беседовал. Объяснял, выслушивал. Он умел находить подход, умел выслушивать, умел разбирать ситуации, и после беседы я понимал,  в чем и где я не прав и старался не повторять таких ситуаций. У папы было редкое качество, он умел находить ключ к человеку, умел простыми словами, не повышая голоса, достучаться до сердца.

Очень важное правило, которое папа внушал мне всю жизнь с самого детства. Не важно,  кем ты станешь, говорил он, не важно,  где ты будешь, самое главное — всегда и при любых обстоятельствах быть ЧЕЛОВЕКОМ. Это значит жить и поступать по совести, достойно и справедливо. Всю жизнь он четко следовал этому правилу, всегда оставаясь НАСТОЯЩИМ ЧЕЛОВЕКОМ.
Сейчас, спустя годы я понимаю, что нет ничего удивительного в том, что папа умер так рано. Он жил и работал на износ. Его день начинался в 5 утра. Он поднимался, делал разминку и шел на пробежку. В любую погоду в дождь, метель, ветер, не важно; каждый день он бегал 10, 15, 20 километров. Единственный выходной — 1 января. Тогда он мог спать до 8 утра, единственный день в году.

После пробежки он подтягивался на турнике, отжимался. Помню,  в 55 лет он подтягивался 55 раз и 300 раз отжимался от пола. Неплохо для 55! После утренней тренировки — завтрак и на работу. Кроме занятий в школе у него еще были спортивные секции, кружок резьбы по дереву, скаутский отряд, волейбол в клубе «Бодрость». Домой папа возвращался в 7 часов вечера, а иногда и в 8. Как минимум раз в месяц он ездил с детьми на соревнования. Несмотря на такую загруженность, он всегда находил время для меня, а когда  был в отпуске,  мы почти все лето проводили вместе: в лесу, на речке, на даче. Замечательное было время!

Я уже говорил про напряженный график. Папа очень уставал. Просто очень. Я помню, он просто вырубался вечером во время просмотра программы «Время» или какого-нибудь фильма. Помню, сядем с ним смотреть кино, смотрю, а он уже спит. За все годы работы в школе папа ни одного дня не был на больничном, но это не значит, что болезни обходили его стороной. Простуды — да, а различные инфекции типа гриппа, бывало, подхватывал. Он приходил домой бодрый и отдыхал, но  было видно, что ему нелегко. Он ел чеснок, пил горячее молоко (никогда никаких таблеток) и утром снова в бой. Нет времени болеть, говорил он. И правда,  на нем столько всего было завязано. Ему постоянно звонили, приходили, приглашали. Он всем нам казался Богом, железным, неуязвимым, неунывающим, но мы-то дома знали, как трудно ему было им быть …

У Игоря Талькова в песне есть строчка «Они уходят, не допев куплета…». Вот и папа ушел, как на полуслове оборвался разговор. Как будто не договорили о чем-то…  Не стало близкого человека, собеседника и друга. Он ушел, оставив пустоту в душе и тёплые воспоминания, которые я бережно храню».

Наверное, по-другому не могло и быть. Учитель, муж, папа, дедушка… Сильный, настойчивый, упорный и …человечный. И никакой не железный. Оставивший после себя добрые воспоминания и светлую память. И сейчас, бывая  в  храме в Дни поминовения усопших, поставив свечу и мысленно перебирая в памяти своих близких,  я неизменно добавляю – Иоанн Курчевский…

Ю.Обмоин вспоминает о Дж.Курчевском

Автор выражает признательность всем, поделившимся своими воспоминаниями о Джане Алексеевиче Курчевском.

                                                                                                                 С уважением,     Юрий  Обмоин

 

 

                                      К нему не зарастет народная тропа…

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *