Прорыв: семнадцать отважных

Материал подготовлен ОБМОИНЫМ Юрием Михайловичем.

Его статья «Семнадцать отважных» опубликована в печатной версии районной газеты «Асіповіцкі край» за 21.06.2022 накануне краеведческой конференции, которая пройдет в п.Елизово.

В группе «Электронная книга Память. Осиповичский район» в социальной сети ОК ранее размещен альбом с послевоенными фотографиями Матросова Александра Алексеевича, звание Героя Советского Союза он получил за захват и удержание моста через Березину в Елизово (в июне 1944 года)

Семнадцать отважных

Начало Великой Отечественной войны, начало оккупации Осиповичского района и его освобождение мы отмечаем почти одновременно. К этим датам приурочена районная краеведческая конференция — она пройдет 28 июня 2022 года в средней школе поселка Елизово. Место встречи неравнодушных к истории малой родины земляков выбрано неслучайно: фонды районного историко-краеведческого музея в начале года пополнились интересным документом — неопубликованной рукописью участника ликвидации Бобруйского котла, которому довелось сражаться именно в этих местах.

О рукописи, необычной судьбе автора «районка» сообщит в материале о встрече краеведов. А пока предлагаем читателям познакомиться с отрывком повести Ивана Бывших «Прорыв».

 

Бывших Иван-фото 1985 года

«…27 июня 1944 года командир 82-й дивизии генерал-майор Иван Писарев дал указание направить группу разведчиков в тыл врага для захвата одного из мостов через реку Березина — железнодорожного у поселка Октябрь или шоссейного у поселка Свислочь. Разведчики должны были сами решить, какой мост захватывать. Главное — удерживать его до подхода основных сил.

Возглавил группу мастер по захвату «языков» командир взвода 94-ой отдельной разведроты старший сержант Александр Матросов. А вошли в нее сержанты Михаил Чердаков и Андрей Максимов, Василий Мажуга, Михаил Вафин, Александр Феднов и Петр Авдеев, а также красноармейцы Владимир Кудрявцев, Петр Кмита, Андрей Дворниченко, Владимир Садовничий, Вениамин Царьгородцев, Павел Соколов, Виктор Скворцов и Александр Лукин. В эту группу также были включены двое радистов: сержант Владимир Язьков и старшина Михаил Гуйдик.

Получив задание, разведчики покинули село Бацевичи. Ориентировались по компасу и шли вперед, стараясь придерживаться расчетного графика. В запасе — одна ночь. Завтра на рассвете надо выйти к цели. Хотя расстояние до ближайшей цели, если верить карте, было около тридцати километров, эти километры представляли собой сплошной заболоченный лес, где не было ни дорог, ни тропинок.

Матросов решил выйти к мосту со стороны берега реки. Фермы железнодорожного моста оказались справа от разведчиков, когда они вышли к довольно крутому берегу реки метрах в 200 выше.

Словно тени, разведчики растворились в предрассветных сумерках. Они сначала перебегали от одной группы кустов к другой, затем ползли по-пластунски и неуклонно приближались к мосту. Всё яснее и отчетливее вырисовывались контуры металлических ферм моста. Его верхняя часть виднелась высоко вверху и как бы парила в воздухе, тогда как нижняя скрывалась в густом тумане. На высокой насыпи у начала металлического пролета на специальной площадке примостилось небольшое кирпичное здание, обозначенное на карте как казарма. В нем наверняка размещается фашистская охрана.

Матросов отправил в обход моста Авдеева, Дворниченко и Лукина: они должны спуститься к воде, найти лодки и переправиться на них на противоположную сторону, независимо от того, как пойдут дела непосредственно на мосту.

Матросов посмотрел в бинокль и увидел, как три разведчика во главе с Михаилом Чердаковым осторожно подбираются к насыпи. Вот уже разведчики взобрались по насыпи и приблизились к зданию казармы. Вот осторожно обошли его и исчезли за углом. Всё было тихо, спокойно. Приближаясь к казарме, Матросов заметил, что ее когда-то широкие окна заложены кирпичом и в них сделаны амбразуры, а из трубы идет легкий дымок: значит, в казарме спят свободные от дежурства солдаты. Когда Матросов и другие разведчики выглянули из-за угла казармы, то увидели, как взметнулись две тени на фоне светло-синего неба и два немецких часовых со стоном повалились на землю. Рядом прозвучал одиночный винтовочный выстрел. Громко и неожиданно он разрушил утреннюю напряженную тишину. Андрей Максимов и Александр Феднов открыли незапертую входную дверь казармы и каждый с небольшим перерывом бросили в ее темный проем по две ручные гранаты. Когда разведчики вбежали в казарму, то не нашли ни одного живого фашиста.

Матросов приказал сержанту Василию Мажуге и его подчиненным остаться на охране подступов к мосту и казармы, а сам с остальными разведчиками начал преследовать убегающих солдат врага.

Бежать по пешеходному настилу моста опасно: можно в любой момент сорваться в реку. Расстояние до воды было метров тридцать, не меньше. Бежавший впереди Владимир Кудрявцев почти с ходу врезался в пламя. Горели шпалы…

Фашисты на случай нападения заранее расставили на определенном расстоянии вдоль моста канистры с бензином. Убегая, солдаты врага опрокидывали их на шпалы и деревянный пешеходный настил и поджигали.

Разведчики стали проскакивать через огонь, приближаясь к противоположному берегу. Противник встретил их пулеметным огнем. Из-за тумана и дыма стрельба была не прицельной, но достаточно плотной, и пули, ударяясь о металлические фермы и неоднократно срикошетив, с визгом разлетались по самым неожиданным направлениям. Разведчики спрятались за широкими металлическими фермами.

Мешающий дальнейшему продвижению пулемет необходимо было уничтожить. Владимир Садовничий открыл огонь из своего пулемета. Под его прикрытием разведчики стали перебегать от одной фермы моста к другой, приближаясь к берегу.

Когда прозвучал первый выстрел на мосту, Авдеев, Дворниченко и Лукин кубарем скатились по крутому откосу. Они выбежали к реке прямо под балками железнодорожного моста, на котором уже шла стрельба и полыхал огонь.

Разведчики нашли лодку, уселись в нее и стали грести, с трудом преодолевая быстрое течение.

Когда лодка уткнулась носом в вязкий берег, на мосту заговорил наш ручной пулемет.

— Ребята, быстрее, — торопил своих спутников Петр Авдеев. Разведчики выскочили на топкий берег и, проваливаясь в ямы, заполненные водой, побежали к мосту. Поднявшись на железнодорожную насыпь, оказались в тылу вражеского пулемета и стали осторожно приближаться к нему… Появления наших разведчиков с тыла двое фашистских пулеметчиков, конечно, не ждали. Мгновенно оценив ситуацию, Авдеев, Дворниченко и Лукин вытащили финки и бросились на врагов. Немецкий пулемет замолчал.

Наш ручной пулемет на мосту тоже прекратил стрельбу, послышались радостные ответные крики, и вскоре из тумана выбежал разведчик Виктор Скворцов, а за ним и все остальные.

— Это еще не всё, где-то здесь недалеко находится немецкая крепость, — сказал Матросов. — Не знаю, почему, но она молчит. Пока туман окончательно не рассеялся, нам надо выбить из нее немцев, если они там есть.

Когда в белесых пробелах тумана показалось бревенчатое сооружение, разведчики одновременно вскочили на ноги и бросились вперед. Вот уже несколько гранат летят через изгородь во внутренний двор крепости. Одна граната, брошенная Виктором Скворцовым, влетела в окно и разорвалась там. Разведчики Петр Кмита и Вениамин Царьгородцев забежали с противоположной стороны крепости и били из автоматов по амбразурам. Входная дверь оказалась запертой изнутри. Пришлось ее подорвать противотанковой гранатой. Прозвучал одиночный винтовочный выстрел, потом застрочил пулемет и тут же смолк. Разведчики разбежались по крепости, обшарили все углы и нашли только двоих убитых немецких солдат.

Видимо, в крепости находился небольшой дежурный заслон. При первых же выстрелах солдаты этого заслона бежали в поселок.

— Ты, Саша, — обратился Матросов к Феднову, — вместе с Виктором Скворцовым организуй тщательное наблюдение за подходами со всех четырех сторон. А вы, товарищ старшина, разворачивайте рацию.

С дежурным радистом штаба дивизии связались удачно, как говорят радисты, с первого захода.

Матросов доложил, что объект номер два захвачен, пригоден для переправы, убитых и раненых нет.

Закончив разговор по рации, командир группы лично осмотрел, как разведчики подготовились к отражению атак противника. Три наших ручных пулемета были установлены в амбразуры и держали под обстрелом все подходы к крепости.

— Товарищ старший сержант, немцы! — крикнул с верхней смотровой площадки Александр Феднов. — Человек сорок, идут колонной, на виду. Наверное, они ничего не подозревают.

Враги двигались без каких-либо мер предосторожности, впереди шли двое офицеров без касок и вели оживленный разговор. Когда они приблизились на минимальное расстояние, Матросов скомандовал:

— По фашистским гадам — огонь!

Всего несколько человек успело добежать до крутого спуска в низину и скрыться в кустарнике.

— Для начала неплохо, — похвалил разведчиков Александр Матросов, продолжая наблюдать в бинокль за низиной.

Атаки немцев ждать при шлось недолго. Фашисты тремя колоннами вышли из поселка и развернулись в цепь. Делая короткие перебежки, они стали пробираться к крепости, стреляя на ходу из винтовок и карабинов.

Три ручных пулемета разили солдат противника еще на дальних подступах. Со стороны моста заговорил немецкий пулемет Петра Авдеева. Часть вражеских солдат оказалась под перекрестным огнем. Они вынуждены были залечь и отстреливаться, а потом стали беспорядочно разбегаться по оврагам и крутоярам. Большая их группа убежала обратно в поселок.

Так легко была отбита эта атака. Прошло не более получаса, еще не успели остыть стволы пулеметов, как с того направления опять появились фашисты и стали по одному-два короткими перебежками приближаться к крепости. Не сумев взять ее прямым штурмом, на этот раз фашисты изменили тактику. Вдруг по крепости ударил скорострельный немецкий пулемет МГ-43, точно такой же, какой был в руках Язькова, потом еще один, за ним третий. Град пуль посыпался на позиции разведчиков. Под прикрытием беспрерывно стреляющих пулеметов солдаты противников пошли на сближение. И хотя фашистам на этот раз удалось подойти на близкое расстояние и разведчикам пришлось отбивать атаку автоматами, но непосредственно к стенам крепости их не подпустили.

Уставшие и прокопченные пороховым дымом разведчики, отложив на время свои пулеметы и автоматы, молча сидели на дощатом полу перед амбразурами, вытирая пот с лица. На этот раз радостных возгласов не было слышно. Через час в поселке снова было замечено движение гитлеровцев. Теперь они решили наступать со стороны деревни Углата и двигались через засеянное рожью поле.

Рожь стояла еще невысокая, чуть выше колен. Под огнем наших пулеметов фашисты были вынуждены передвигаться ползком. Но чем ближе они приближались к краю поля, тем больше мельчали посевы. Солдаты не стали рисковать, повернули к берегу реки и скрылись в зарослях кустарника.

— Держать под наблюдением всю пойму реки на этом участке, — сказал Матросов. И, обращаясь к старшине Гуйдику, добавил: — Разворачивай радиостанцию.

Матросов доложил обстановку и получил приказ генерала Писарева: любой ценой удержать объект номер два до подхода 250-го стрелкового полка, который уже спешит на помощь.

Примерно через три-четыре часа из поселка появились две небольшие группы фашистов — буквально по три-четыре человека, — которые направились к берегу реки. Это были пулеметные расчеты, они готовили огневые позиции, и вскоре по мосту одновременно ударили два пулемета врага. Они били прицельно длинными очередями и насквозь простреливали почти всю длину моста. Изредка фашисты направляли свои пулеметы в сторону крепости, и пули со свистом пролетали над ней или ударялись в деревянные рамы, расщепляя их.

Вскоре обнаружили и немецких солдат, которые в обход крепости пробирались к берегу по кустам и оврагам.

Матросов, видя, что фашисты не поднимаются в атаку, приказал беречь патроны.

Прошел час, другой. Обстрел моста и крепости продолжался, а атаки не было.

Ружейно-пулеметный огонь врага не прекращался ни на минуту, но и не усиливался. Появились солдаты противника и за насыпью, где ржаное поле вплотную подходило к крутояру. Крепость оказалась в кольце.

Медленно тянулось время. Солнце, слегка завернутое пеленой светлых облаков, склонялось к закату. С каждой минутой приближалось время встречи с передовым отрядом 250-го полка. Разведчики с нетерпением ждали их появления, и всё же это случилось неожиданно. Вдруг ни с того ни с сего на противоположной стороне реки послышалась беспорядочная стрельба и в небо взлетела зеленая ракета. Матросов знал, что у Михаила Чердакова не было ни ракет, ни ракетниц.

Александр Феднов побежал вниз по лестнице со смотровой площадки и радостно воскликнул:

— Наши пришли, наши!

Матросов улыбнулся, на сердце стало как-то легко и весело, хотя всё еще не мог поверить в это. Он вдруг почувствовал в себе непонятную слабость и опустился на пол там, где стоял. Глубокий вздох облегчения вырвался из груди: ответственное задание, которое ему лично поручил генерал-майор Писарев, выполнено! И выполнено без потерь!

Он уже не слышал и не видел, как радовались его разведчики в крепости, стреляя вверх из автоматов, как с противоположного берега ударили наши батальонные минометы, как через мост бежали наши бойцы, накапливаясь для атаки, как немцы бросили свои позиции и стали удирать в поселок.

Огромный груз ответственности за себя, разведчиков, выполнение задания свалился с его плеч…»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *