Трагедия в лесу Липники

Эта страница, несмотря на конкретное название, посвящена более широкой теме — кавалерийскому рейду по тылам противника в июле-августе 1941 года. Трагедия в лесу (в урочище Липники около г.Осиповичи) — это один из эпизодов, эпизод завершающий и кровавый…

Ниже приводим переведенную с белорусского языка статью «Трагедия в лесу Липники», размещенную на 193-195 страницах книги «Памяць Асіповіцкі раён» 2002 года издания, дополненную фотографиями, полученными позже:

Город Осиповичи летом 1941 года оказался несколько в стороне от направления  главного удара немецких войск.  Немцы заняли Осиповичи только 30 июня (тогда как в Бобруйске были уже 28 июня) и поставили здесь гарнизон уже после того, как город оказался в глубоком тылу, а в лесах вокруг города начали концентрироваться остатки советских частей, как отступивших с Запада, так и выдвинувшиеся для действий по тылам фашистов с Востока.

На железнодорожном участке Гомель —Калинковичи выгрузились три кавалерийские дивизии, которые прибыли в Беларусь из южных районов страны.

Одна из них (32-ая) — из Крыма — была кадровой, две другие (43-я и 47-я) были вновь сформированными (в сокращенных штатах) на Северном Кавказе. Все три дивизии были сведены в конную группу, во главе которой был поставлен полковник Бацкалевич Александр Иванович (родом из-под Баранович):

https://1941g.wordpress.com/about/%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D0%B5%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8B-%D0%B8-%D0%B0%D0%B4%D0%BC%D0%B8%D1%80%D0%B0%D0%BB%D1%8B-%D0%B1/%D0%B1%D0%B0%D1%86%D0%BA%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87-%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%871897-1969/
Бацкалевич А.И.

начальником штаба был назначен уроженец Бобруйского района полковник Глинский Михаил Иосифович

Глинский Михаил Иосифович
Глинский М.И.

Дивизии конной группы получили задачу действовать в тылу немецкой группы армий «Центр» в общем направлении на Глуск, Осиповичи, Оршу — нарушать коммуникации и громить фашистские тылы, чем усложнить наступление врага на смоленском направлении.

Выйдя без особых осложнений в рейд, 32-я кавалерийская дивизия овладела  Глуском и вскоре перерезала шоссе Бобруйск -Слуцк, по которому немцы усиленно перебрасывали резервы. В архивных описаниях тех событий, сделанных в дивизии через три года, приведены героические подвиги частей, подразделений и отдельных воинов, и, казалось, ничто не омрачало действий всадников, разве что недостаток боеприпасов к концу рейда. Меня же насторожил один малозаметный факт: в оперативных сводках кавалерийской группы после рейда упоминалось только два полка, а до рейда их было в дивизии четыре. Куда же делись еще два?

На этот вопрос мне помогли ответить немногие, кто остались живыми, воины дивизии — очевидцы тех далеких событий.

В 1989 году мне повезло встретиться с бывшим начальником штаба конной группы генерал-лейтенантом в отставке М.И. Глинским. Вот что он рассказал:

«После сильного боя за шоссе Бобруйск — Слуцк три полка дивизии от Симонович через Радутичи пошли в леса под Осиповичи. Они получили задачу перерезать железнодорожную магистраль Минск — Бобруйск.

153-й кавалерийский полк, которым командовал П.В.Кузьмин, должен был  атаковать станцию Татарка, а 65-й под командованием майора А.В.Козореза — наступать на станцию Ясень. 86-ой кавалерийский полк полковника Н.Д.Шевченко находился в резерве.

Штаб дивизии со 121-м кавалерийским полком остался у шоссе Слуцк — Бобруйск, поскольку другие дивизии опаздывали, втянувшись в бой с наседающим с запада противником. Вскоре немцы подтянули резервы и перекрыли все пути, которые вели через Бобруйск — Слуцк на север. Связь с ушедшими вперед палками оборвалась. Маломощные радиостанции не могли ее обеспечить. Связные, которые посылались, перехватывались немцами. Обстановка южнее Осипович продолжала оставаться непонятной. По обрывочным данным было известно, что наши полки выполнили задачу — движение поездов по железной дороге Осиповичи — Бобруйск прервалось».

Из военного дневника Франца Гальдера — разговор с фельдмаршалом фон Боком  28.06.1941 г.:

«Русская кавалерия (которая действовала в тылу группы армий «Центр») очевидно уже вывела из строя железную дорогу, идущую на Бобруйск …»

«Выполнение задачи (по ликвидации русских) возложено на войска оперативного тыла … Привлечены части тыловых дивизий. Они будут пытаться окружить противника. Используется авиация … »

Из воспоминаний участника боев 32-ой  кавалерийской дивизии Е.Г.Мартковского (г. Бобруйск):

 «При выходе в рейд нам дали по две банки тушенки, немного махорки и хлеба. Этого, конечно, не хватило на весь рейд. Поэтому командиры получили деньги, чтобы покупать продукты у населения. Но никто из жителей денег не брал, они кормили нас бесплатно, выносили нам все, что у них было. В трудное положение мы попали только тогда, когда длительное время находились в лесах, не имея связи с населением ».

Из воспоминаний Ю.Ф.Бабины (г. Осиповичи):

«До 3 августа много кавалеристов сосредоточилось в лесу Липники на юго-восток от Осипович. Частично они были также в лесу Большой Бор. Места эти имели много болотистых участков и очень мало дорог. Здесь кавалеристы оказались в ловушке. В этот день немцы окружили их в треугольнике Осиповичи-Корытное — Татарка.

на карте 1937 года

На дороге из Осипович в Корытное на всех перекрестках выставили посты с пулеметами, а в Коранах поставили на прямую наводку даже артиллерию. На высоте Могилевского парка в Осиповичах развернули артиллерию и подтянули бронепоезд, второй бронепоезд поставили в Татарке. Вся железная дорога на этом участке оказалось под обстрелом.

В 14 часов, подняв в воздух корректировочную авиацию, немцы начали обстрел леса Липники из бронепоездов и орудий. Огонь велся прицельно, по самым плотным скоплениям советских казаков. От разрывов снарядов шарахались с коновязи лошади, запряженные в пулеметные тачанки и пушечные передки, ломались деревья, рвалась сбруя. Калечились лошади. Гибли люди.

Всадники пытались пробиться на восток до железной дороги через торфяники. Многие из них погибали в залитых водой старых ямах торфоразработок. Те, кто добрался до железной дороги, гибли от огня бронепоездов».

Из воспоминаний бывшего жителя д.Кораны В.Пацкевича (г.Осиповичи):

«С  наступлением темноты наши бойцы начали массированную атаку на Кораны и далее на Максимовку, чтобы прорваться к реке Птичь. Трассы пуль веерами разлетались в ночном небе над деревней. Быстро загорелись деревенские дома. Немцы почти непрерывно вели огонь из пулеметов и орудий. Вдруг наши всадники из леса пошли в атаку. Немцы довели свой огонь до максимума. Сотни всадников атаковали деревню. Многие из них погибли под пагубным фашистским огнем. Только немногим удалось прорваться, но впереди были новые засады.

В эту же ночь другая группа делала прорыв в направлении Ставища, Зашибино. И там осталось множество трупов».

Из воспоминаний Е.Г. Мартковского:

«Хотелось бы сказать о бойцах дивизии. Я долго еще воевал в других частях, могу сравнить. Моральный дух и патриотизм у тех кадровых кавалеристов был очень высок. Я больше не встречал таких героев».

Из воспоминаний А.С. Санковича (г.Осиповичи):

«Утром 4 августа кавалеристы сделали, наверное, последнюю попытку вырваться из окружения. Они повели атаку через деревню Прудок и мост на речке на южную окраину города. По дороге неслось около сотни всадников. У первых домов города командир почему-то остановился. Возможно, ему нужно было сориентироваться. В это время из-за одного дома выскочили немцы и открыли огонь. Командир упал на землю. Всадники помчались вдоль городка в сторону Осово. Командира же (это был старший лейтенант) немцы долго не позволяли похоронить. Лошадь не отходила от своего хозяина … »

Из воспоминаний Ю.Ф.Бабины:

«Больше попыток прорыва кавалеристов из леса не было. Бесхозные лошади паслись на полянах у дороги. Немцы еще несколько дней не снимали засаду. В Осиповичах возле бомбоубежища и военкомата в дощатом сарае организовали лагерь военнопленных. Но пленных кавалеристов там оказалось мало — всего около сотни. По отношению к ним фашисты особенно свирепствовали. Кавалеристы еще долго прятались в лесу. Голодные, заросшие и оборванные, они выползали из конопли к крайним домам Осипович и просили поесть».

Из воспоминаний Е.Ф. Жовнера (бел. Е.Ф.Жоўнер, г.Осиповичи) и Г.К.Жука (погиб в партизанском отряде № 221 — возможно опечатка и следует читать — отряде № 212):

«Для захоронения кавалеристов в лесу Липники немцы собрали много жителей из города и пяти близлежащих деревень. Хоронили их около недели. Единой братской могилы не делали. Хоронили по одному или группами там, где были убиты. Рядом закапывали лошадей. На могилах воинов лежали каски — по числу погибших. Особенно много было захоронено наших воинов в лесу у дороги Прудок — Кораны, а также в глубине леса, где велся обстрел. У Прудка в лесу похоронили полковника, при нем были шашка, полевая сумка и наган».

Из беседы с Ю.Ф.Бабиной:

«Я был вскоре на месте этого побоища. Жуткое зрелище представлял лес: сотни свежих могил, разбитые повозки, военная техника, бесхозные лошади, сломаны и повалены деревья. В лесу валялось больше десятка исковерканных пушек, много пулеметов, винтовок».

Из письма  Морозова (исследователя из Краснодарского края) от 13.10.1988 года:

«65-ый и 153-ий кавалерийские полки понесли небывалые потери, если не считать эскадрон Д.М.Дорофеева, которому удалось вырваться через Березину на восток».

Из беседы с М.И.Глинским:

«Да, действительно два полка 32-ой кавалерийской дивизии из рейда не вышли. А третий был значительно обескровлен и практически небоеспособен. Полковник Н.Д.Шевченко и майор А.В.Козорез, наверное, погибли».

По некоторым, пока непроверенным, данным майор А.В.Козорез был тяжело ранен и оставлен однополчанами на лечение в Стародорожским районе. Немногим удалось вырваться из леса Липники. Кроме эскадрона Дорофеева, несколько групп прорвалась на запад к реке Птичь и на юг до Глуши. Некоторые кавалеристы, потеряв товарищей, до холодов прятались в лесах.

Житель д. Корытное Сугако рассказал, что осенью много кавалеристов жило в деревнях «в примаках». Затем немцы их начали вызывать в Осиповичи, будто для постановки на учет. Первые, кто появились на учет, оказались в лагере военнопленных. Тогда все остальные ушли  в лес партизанами.

Лес Липники был не единственным местом в районе, где произошла массовая гибель кавалеристов. Бывший житель д. Радутичи Николай Мирончик рассказал, что в болоте в районе деревень Радутичи, Слопище, Лука в начале августа 1941 года завязла кавалерия. Там было много военного инвентаря, оружия, погибших лошадей. Жители вытащили из болота до 200 живых лошадей. В лесу пряталось много красноармейцев-конников. Фашисты выловили их, многих расстреляли в д. Радутичы. Это были воины 32-ой кавалерийской дивизии.

Если в каждом кавалерийском полку было около тысячи сабель, то из сказанного ранее можно сделать вывод, что только в лесу Липники 3 — 4 августа 1941 года фашисты окружили и уничтожили до двух полков, т.е. около полутора тысяч воинов.

К сожалению, никакого памятника возле леса Липники и в самом лесу нет. А память людская не вечна, и сегодня мало кто знает о той трагедии.

Эту статью в книгу «Памяць Асіповіцкі раён» 2002 года издания подготовил М.Данилов.

«Память людская не вечна», — правильно им сказано. Мы продолжим в «Электронной книге Память»!

В декабре 2018 года на на нашем сайте размещена публикация «В лесу под Липниками» (ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ). 

Также в декабре 2018 года размещены воспоминания командира эскадрона 153-го кп, 32-ой кд Лескина Артема Федоровича о рейде кавалеристов в июле-августе 1941 года — «Воспоминания командира эскадрона Лескина» (ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ) .

После выхода «Памяти» 2002 года исследованием этой темы занимался очень долго и тщательно наш земляк, уроженец д.Лука, проживающий сейчас в Киеве (Украина)  Моисейко Николай Никитович. Итоги его исследований опубликованы в отдельной книге —

книги Н.Маисейко-1

которая будет размещена позже на отдельной странице нашего сайта.

Как и другие страницы сайта, эти материалы могут быть дополнены и Вашей информацией, фотографиями, уважаемые читатели.

СТРАНИЦА еще не закончена…

ЕСЛИ ВЫ РАСПОЛАГАЕТЕ какой-либо информацией пожалуйста НАПИШИТЕ: